Разработано Joomlamaster.org.uaсовместно с Joomstudio.com.ua

                                                                                      
 
                                                                                                                             Ru  Az  En
 
                                                                                                                                                                                                              АРХИВ
Вторник, 26 Март 2019 11:33

Образование НКАО — яркое проявление большевистской политики национально-государственного строительства

Автор 

Специфика межгосударственных границ на Юж­ном Кавказе состоит в том, что они возникли в ре­зультате административно-территориальных ре­форм, проведенных вначале Российской империей, а затем советским режимом. При этом если царское правительство при проведении административно-территориальных преобразований начисто игнори­ровало принцип этнического единства, то смысл от­носительно либеральной политики советского руко­водства в отношении национальных окраин внеш­не заключался в том, чтобы гасить очаги националь­ного напряжения на окраинах. Вариативность и в то же время непоследовательность политики больше­виков, порождавшая множество компромиссов, вы­зывалась их недостаточным контролем над террито­риями и населением национальных окраин. Однако, декретирование создания конкретного национально-территориального образования ещё не означало, что большевики имели ясные представления и полити­ческие рецепты воплощения в жизнь своих решений. Эти решения не всегда основывались на заранее под­готовленном плане с выверенным рисунком этниче­ских границ. Чаще всего при организации нового территориального образования изначально стал­кивались различные политико-идеологические и экономические приоритеты, а также различные групповые интересы, и все это сопровождалось конфликтами и кулуарными решениями. В результа­те многие решения, формировавшие первоначальные административные границы, впоследствии то и дело пересматривались. Поэтому при распаде Советского Союза бывшие союзные республики, выдвигая друг к другу территориальные претензии, для доказатель­ства своей правоты ссылались на политические реше­ния и на географические карты разного времени. Об­разованная в составе Азербайджанской ССР в июле 1923 года армянская автономия в Нагорном Караба­хе, будучи одним из вариантов решения большеви­ками межнациональных конфликтов, вобрала в себя многие противоречия советской формы национально-государственного строительства.

Обратимся к географическому понятию Нагорный Карабах. Карабах — историческая область Азербайд­жана, по своему рельефу делится на низменную (рав­нинную) и нагорную части. Нагорный Карабах огра­ничен на востоке Карабахским хребтом, включая так­же область предгорий Карабахского хребта, отделя­ющую его от степных пространств Низменного Ка­рабаха, а на западе Зангезурским хребтом. Таким об­разом, географически Нагорный Карабах в несколь­ко раз превосходит по площади административное образование с тем же названием, т.е. область предгорий Карабахского хребта, которая стала именоваться с 1923 года Автономной Областью Нагорного Кара­баха.

В период вхождения Карабаха, точнее — бывше­го Карабахского ханства в состав царской России понятие «Карабах» утратило своё первоначальное административно-политическое значение. Однако в период Азербайджанской Демократической Респу­блики (1918-1920) топониму «Карабах» было возвра­щено прежнее значение. В это же время появляется также созданный дашнаками термин «Нагорный Карабах», который стал приобретать не столько географическое, сколько политическое значение. После завоевания Северного Азербайджана боль­шевиками этот термин начал употребляться и в административно-политическом значении, став одним из основных понятий в политическом лек­сиконе армяно-азербайджанских отношений.

После долгих дискуссий на различных уровнях 5 июля 1921 г. Кавказское бюро ЦК РКП(б) выносит решение: «Нагорный Карабах оставить в преде­лах Азербайджанской ССР, предоставив ему ши­рокую областную автономию с административным центром в гор. Шуше, входящим в состав автономной области». Как видим, с самого нача­ла в процессе разрешения армяно-азербайджанского территориального конфликта присутствовал право­вой казус, состоящий в том, что этим вопросом зани­мался партийный орган третьей страны (тогда СССР еще не было) — Кавказское бюро РКП (б). С другой стороны, вполне правомочным представляется подписанное 22 августа 1919 г. соглашение VII съез­да армян Карабаха с правительством Азербайджана, по которому армянское население признава­ло себя частью Азербайджана. Данное соглашение было единственным до 1921 года официальным документом, касающимся урегулирования отно­шений между армянами Карабаха и правитель­ством Азербайджана.

7 июля 1923 г. ЦИК Азербайджанской ССР изда­ет декрет «Об образовании Автономной Области На­горного Карабаха». АзЦИК постановил «образовать из армянской части Нагорного Карабаха автоном­ную область как составную часть АССР, с центром в местечке Ханкенди». В целом декрет не производит впечатления серьезного юридическо­го документа. В преамбуле нарушена историческая хронология, фальсифицируются факты, недостаточ­но обосновано предоставление автономии Нагорному Карабаху. В качестве основного аргумента для этого взяты кровавые события 1905-1906, 1918-1920 годов в Карабахе и других регионах Закавказья, ответствен­ность за которые возлагается на царское правительство, а также дашнаков и меньшевиков. Хотя извест­но, что в ходе событий азербайджанцы пострадали больше чем армяне, так что по логике азербайджан­скому населению Армянской ССР также должна была быть предоставлена автономия. Из документа также явствует, что армяне были расселены не по всему Нагорному Карабаху. С другой стороны, центром новосозданной автономной области был выбран Ханкенди — азербайджанский населенный пункт.

При внимательном изучении текста постановле­ния Кавказского бюро ЦК РКП(б) о статусе Нагорно­го Карабаха от 5 июля 1921 года и декрета АзЦИК от 7 июля 1923 года можно отметить существенные отличия. Если решением Кавбюро РКП(б) автоно­мия предоставлялась всему населению Нагорного Карабаха (т.е. и армянам, и азербайджанцам), то в декрете от 7 июля 1923 года она относится лишь к армянской части населения. В состав Автоном­ной Области Нагорного Карабаха было передано в общей сложности 169 селений Джеванширского, Шушинского и Губадлинского уездов, в подавляющем большинстве с азербайджанскими названиями. Дан­ный факт в корне противоречил декрету АзЦИК от 7 июля 1923 г., согласно которому автономия предо­ставлялась лишь армянской части Нагорного Караба­ха. Не случайно на заседании Президиума ЦК АКП(б) от 8 октября 1923 года, заслушавшем доклад комиссии по обследованию проведения в жизнь решения о выделении Нагорного Карабаха в автономную область, было признано необходимым принять меры по популяризации данного постановле­ния, особенно среди тюркского населения автономии. Для этого А.Караеву было предложено провести ши­рокую агиткампанию. О реальной необходи­мости в этом можно судить также из доклада о поли­тическом состоянии области секретаря Карабахского обкома партии С.Мануцяна от 12 октября 1923 года, в котором признается: «Акт автономии со стороны кре­стьян встречен единодушием. Общий диссонанс вво­дят шушинские граждане, которые недовольны пере­водом центра из Шуши». Шуша была на­столько очевидно азербайджанским городом, что ни­как не могла рассматриваться не только как центр ав­тономии, но и как ее часть. Достаточно сказать, что согласно переписи 1926 года 96% жителей Шуши со­ставляли азербайджанцы. Данные факты ещё раз доказывают, что тюркское население АОНК было настроено против создания этой искусственной авто­номии, положившей начало деазербайджанизации ре­гиона. Вскоре после декрета об образовании АОНК 18 сентября 1923 г. решением Карабахского обкома пар­тии Ханкенди в честь памяти дашнака-авантюриста С.Шаумяна и 26 бакинских комиссаров был переиме­нован в Степанакерт. Это стало первым ша­гом в переименовании географических названий На­горного Карабаха на армянский лад.

С конца 1923 года началась работа по определе­нию территорий, подлежащих включению в состав Автономной Области Нагорного Карабаха. 16 сентя­бря 1923 г. согласно постановлению Президиума ЦК в Карабах выезжает комиссия в составе И.Довлатова, М.Багирова и Э.Ханбудагова для изучения положе­ния дел в регионе. Позже в докладной записке по ре­зультатам этой работы от 8 октября 1923 г. в ЦК АКП (б) М.Багиров писал: «В районе Ханкенди, Шуша и Абдалар находится ряд мусульманских селений: Хал-фалы, Зарыслы, Мусульманлар и ряд других с чис­лом населения до 8000 душ, которыми гораздо легче управлять с Абдалар, чем с Ханкенди. Только потому, что среди этих мусульманских сел находится село Каладараси с числом населения около 1150 душ — армян, весь этот район присоединили почему-то к Ханкенди, плюс к этому и Шушу с числом населе­ния около 10000 душ, тоже мусульман. В Джеванширском уезде среди трех десятков мусульманских сел находится одно армянское селение, почему-то через голову этих мусульманских сел присоединили к Ханкенди». Как видно из отчетов комиссий, армя­нам, которые постоянно жаловались на малоземелье, передавались даже территории мусульманских клад­бищ. На проведенном 13 июня 1924 г. за­седании комиссии по разрешению вопросов, связан­ных с выделением Нагорного Карабаха в автономию, было принято решение поручить Наркомату земледе­лия к 1 июля провести землеустроительные работы в целях определения свободных земельных фондов Карягинского и Агдамского уездов, причем эту рабо­ту провести таким образом, чтобы свободные земли вошли в состав автономии. Кроме того, на заседании комиссии 16 июля 1924 г. был рассмотрен вопрос о спорной между Агдамским уездом и АОНК местно­сти Хонашен. Здесь издавна находились мусульман­ские селения Ходжалан, Ходжалы, Муганлы и др. Во время резни все эти селения были разорены, а населе­ние разбежалось, и освободившиеся земли были за­няты армянами из отдаленных селений. Тем не менее комиссия не стала вдаваться в эти «мелочи» и решила передать местность Нагорному Карабаху.

Согласно «Положению об Автономной Области Нагорного Карабаха», опубликованному 26 ноября 1924 г., из Шушинского уезда в АОНК были переданы гг. Шуша и Ханкенди, а также 115 селений, из Джеванширского уезда — 52 селения, из Карягинского — 30 селений, из Губадлинского уезда — селение Каладараси. Таким образом, по сравнению с положени­ем на июль 1923 года число переданных в АОНК се­лений со 169 возросло на 24. Как следует из информации Азербайджанского статистического ко­митета за 1924-й год, число этих населенных пунктов превышало уже 200. Г.Кочарян в своей книге «Нагорный Карабах», опубликованной в 1925 г., ука­зывает, что этих населенных пунктов 215. В АОНК подавляющее большинство селений имели тюркские названия. Азербайджанский статистический комитет с учетом административно-территориального деления тех или иных районов и на основе материалов сельскохозяйственной пере­писи 1921 г. провел учет площади этих территорий, национального состава населения и других показа­телей. Согласно этим данным, из исторических зе­мель Карабахского ханства, включая Автономную Область Нагорного Карабаха (4160,5 км2.), в соста­ве Азербайджана осталась территория площадью 15996,9 км2, а остальная часть была пере­дана Армении. Только за два года (1923-1925) из земельного фонда Азербайджанской ССР в состав АОНК было передано 16 тысяч десятин земли. Эти факты показывают, что вопреки офици­альным документам территория Автономной Обла­сти Нагорного Карабаха непрерывно расширялась, и позже, как следует из данных на 1 января 1933 года, была доведена до 4431,7 км2, а за счет новых населенных пунктов шло изменение численности и этнического состава её населения в пользу армян.

С образованием АОНК в партийно-государственные органы Азербайджана хлынул по­ток обращений армян из различных уездов о пере­селении их на «историческую родину» — Нагорный Карабах. Так, в марте 1925 г. «беженцы-армяне» Нухинского уезда обратились с письмом к председателю СНК АОНК А.Каракозову. Авторы пись­ма не скрывают своей цели — «создание неизменно-устойчивого очага в области, которую по воле исто­рических условий армянское население покинуло сто лет тому назад для поселения в Нухуезде». Несмотря на очевидную дискуссионность признания беженца­ми людей, снимающихся с насиженных мест по соб­ственной воле, поданное армянами 14 марта 1925 г. в переселенческий отдел Наркомзема заявление после согласования с Каракозовым получило положитель­ный ответ. Уже летом 1925 г. Переселенческий коми­тет принял решение удовлетворить просьбу, и армяне численностью как минимум «более 2000 человек» (как следует из письма, именно такое количество ар­мян участвовало в собрании, рассмотревшем обраще­ние) направились на новое местожительство в Нагор­ный Карабах.

Другим очагом армянского сепаратизма в Азербайджане была нагорная часть Гянджинского уезда. Прав был Н.Нариманов, когда после образо­вания АОНК заметил: «дальше вопрос идет о нагор­ной части Гянджи и т.д.». 23 ноября 1925 г. на заседании Президиума ЦК АКП(б) было рассмотрено заявление армян 14 сел Верхне-Аджикендского района Гянджинского уезда о присоединении к Нагорному Карабаху, принятое на собрании крестьян с участием представителя Заккрайкома. В заявлении наряду с традиционными требованиями, как нехватка зем­ли, отсутствие армянских кадров в уездном аппа­рате власти, приводились также ссылки на общ­ность культуры и языка с Нагорным Карабахом, говорилось даже о праве на самоопределение. Од­нако прошение армян было отклонено со следующей аргументацией: «1) для решения земельного вопроса не обязательно присоединение к Нагорному Карабаху и можно решить за счет земель тюркского крестьян­ства; 2) Аджикендский район находится в более 200 верстах от Нагорного Карабаха, что не даст возмож­ности управлению районом; 3) Присоединение или выделение района приведет к подобным тенден­циям по всему Закавказью, что обострит межна­циональные отношения». В то же время было при­нято решение максимально вовлечь армян в государ­ственный и хозяйственный аппарат уезда, увеличить штат уездного исполкома на 3 человека для ведения делопроизводства с армянскими районами на армян­ском.

С принятием Конституции СССР 1936 года на­звание АОНК было трансформировано в несколько иное — «Нагорно-Карабахская Автономная Область» (НКАО), что, по сути, не одно и то же. Если в первом варианте речь идет лишь части Нагорного Карабаха, выделенной в автономию, то в новом варианте подраз­умевается весь Нагорный Карабах в рамках области. В связи с названием НКАО необходимо отметить еще один момент. Если официальные названия всех со­ставлявших СССР союзных и автономных республик, автономных областей и округов включали титульный этноним, то созданная на территории Азербайджан­ской ССР «АОНК» стала в этом плане единственным исключением, т.е. в ее названии нет указания на этнос, которому предоставлена в данном случае автономия. Это позволило армянским националистам создать за счет азербайджанских земель второе после Армян­ской ССР армянское национально-территориальное образование в составе СССР. Хотя факт оставления Нагорного Карабаха в составе Азербайджанской ССР был расценен партийным руководством республики как достижение в борьбе за территориальную целост­ность, с другой стороны, учреждение автономии от­крыло широкие возможности для территориальных претензий против Азербайджана.

Ильгар НИФТАЛИЕВ,

кандидат исторических наук

«İRS наследие».-2009.-№6.-С.18-22.

http://1905.az/ru/%D0%BE%D0%B1%D1%80%D0%B0%D0%B7%D0%BE%D0%B2%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D0%B5-%D0%BD%D0%BA%D0%B0%D0%BE-%D1%8F%D1%80%D0%BA%D0%BE%D0%B5-%D0%BF%D1%80%D0%BE%D1%8F%D0%B2%D0%BB%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%B5-%D0%B1%D0%BE/

Прочитано 254 раз


последние новости

Top 10 Самые Популярные Новости