Разработано Joomlamaster.org.uaсовместно с Joomstudio.com.ua

                                                                                      
 
                                                                                                                             Ru  Az  En
 
                                                                                                                                                                                                              АРХИВ
Четверг, 05 Январь 2017 09:13

ТИМОХИН Д.М. К ПРОБЛЕМЕ ИНТЕРПРЕТАЦИИ ИСТОЧНИКОВ: ИСТОРИОГРАФИЧЕСКАЯ ДИСКУССИЯ О ПРОИСХОЖДЕНИИ ТРУДА КИРАКОСА ГАНДЗАКЕЦИ

Автор 
Тимохин Д.М. К проблеме интерпретации источников: историографическая дискуссия о происхождении труда Киракоса Гандзакеци // Транскавказика.          Южный          Кавказ: история, религия, общество   / сост.  З.В.     Кананчев.      Вып.   3. М. 2016.     С. 62 – 70.
 
 
 
ФГБУН Институт Востоковедения РАН, Россия
 
 
Д.М. Тимохин
к.и.н.
 
 
© Д.МТимохин
 
Summary 
 
The article studies the historiographical debate around the work and related ethnic background of Kirakos Gandzaketsi and original language of this historical source. This discussion is presented by a little-known Russian researcher who in most cases sees the work of Kirakos Gandzaketsi as a monument of medieval Armenian historiography. This article not only sheds light on the decades of historiographical debate, but also highlights the main arguments of the parties and the results of scientific dispute between Armenian and Azerbaijani historical schools.
 
В своих исследованиях по истории монгольского завоевания Центральной Азии, Ирана и Южного Кавказа мне неоднократно доводилось обращаться к историческим источникам, чьи авторы принадлежали к различным культурным религиозным и этническим общностям [1]. Однако в своей работе над биографией последнего хорезмшаха из династии Ануштегинидов, Джалал ад-Дина Манкбурны, в отношении отдельных исторических памятников стали возникать вопросы и главным из таких источников стал труд Киракоса Гандзакеци [2]. Прежде всего два полных издания данного сочинения, вышедшие в советский период, предлагают разные названия этого источника — «История» и «История Армении»


___________________________
 
·     *  Работа выполнена при поддержке гранта РГНФ № 16-01–50028
 
1.     Тимохин Д.М. Хорезмшах Джалал ад-Дин Манкбурны и сопротивление монгольским завоевателям в 1219–1221 гг. // Orientalistica Iuvenile. Сборник научных статей молодых ученых Института востоковедения РАН / Ред. Алпатов В.М. и др. М., 2012. С. 38–58.; Тимохин Д.М. Первое вторжение хорезмийских войск на территорию Грузии в 1225 году в исторических источниках: [Электронный документ] // Научно-исследовательский центр «Южный Кавказ». М., 2013. Доступ свободный — http://transcaucasica.com/page/103Тимохин Д.М. Хорезмийское государство Джалал ад-Ди-на Манкбурны и Южный Кавказ 1225–1231 гг. // Транскавказика. Южный Кавказ и сопредельные регионы в эпоху монгольского владычества XIII–XIV вв. М., 2013. С. 7–39.;Тимохин Д.М. О некоторых особенностях развития отечественной историографии истории Южного Кавказа в первой половине XIII века // Transcaucasica. ЮЖНЫЙ КАВКАЗ И СОПРЕДЕЛЬНЫЕ РЕГИОНЫ: ИСТОЧНИКИ И ИСТОРИОГРАФИЯ. М., 2014. С. 75–91; Тимохин Д.М. Хорезмийское государство и Южный Кавказ: к вопросу о границах державы Джалал ад-Дина Манкбурны (1225–1231 гг.) // Средневековый Восток: проблемы историографии и источниковедения (Сборник статей памяти Героя Советского Союза, академика З.М. Буниятова). Баку, 2015. С. 317–346.
2.       Тимохин Д.М. Соперник Чингиз-хана: хорезмшах Джалал ад-Дин Манкбурны, личность и эпоха. М., 2013. 268 с.
 
+++ 63
 
соответственно. Уже сам этот факт заставил обратить внимание на те исследовательские работы, которые в большей или меньшей степени уделяли внимание указанному историческому труду. В результате проделанной мною, пусть и далеко не исчерпывающей, работы удалось обозначить границы существующей историографической дискуссии вокруг труда Киракоса Гандзакеци, о который современной отечественный исследователь, с нашей точки зрения, еще крайне мало информирован. Указанная историографическая дискуссия, развернувшаяся в еще в советский период, касалась языка написания оригинала отдельных памятников по истории Южного Кавказа в Средние века, а также этнического происхождения их авторов. Речь идет в частности о таких средневековых памятниках, как труды Моисея Каланкатуйского, Мхитара Гоша, Киракоса Гандзакеци и целого ряда других авторов [1]. Узловыми моментами в рамках данной дискуссии будут, прежде всего, этническое происхождение автора, был ли он армянином или албанцем, а также язык первоначального текста источника — армянский или древне-удинский [2]. 
 
Именно вокруг двух этих ключевых моментов и будет выстраиваться стратегия дискуссии между современными историческими школами Армении и Азербайджана. Если же постараться сформулировать претензии обоих сторон более четко и ясно, то нельзя не отметить, что данные исторические источники лишь небольшая составляющая более значимой исторической дискуссии: присутствовал ли албанский этнос, религия и государственность на Южном Кавказе в Средние века или же был полностью арменизирован, «григоринизирован» (то есть принял монофизитство), а то и вовсе перестал существовать. Для отечественных албанистов и арменистов понимание этой дискуссии сейчас кажется нам не менее важным, поскольку в своих работах по истории Южного Кавказав Средние века они вынуждены вольно или невольно принимать ту или иную сторону по данной проблеме. Со своей стороны, нам хотелось бы на примере сочинения Киракоса Гандзакеци лишь обозначить некоторые «болевые точки» данной дискуссии, максимально объективно рассмотреть доводы обеих сторон и выделить некоторые сложные вопросы, на которые, на наш взгляд, до сих пор не дано вразумительного ответа. Следует отметить, что современный отечественный исследователь зачастую без должного анализа и критики подходит к цитированию средневековой переводной литературы, что заводит проблему еще дальше: сам исследователь, далекий от данного дискурса, становится проводником той или иной, увы, местами политизированной точки зрения. К сожалению, сегодня легче сослаться на казалось бы фундаментальные переводы прошлого, чем самому постараться его перепроверить, изучить историографию проблемы, проанализировать существующие дискуссии вокруг того или иного памятника. Дискуссия вокруг этнического происхождения Киракоса Гандзакеци и первоначального языка написания данного памятника нашла свое косвенное отражение в его публикациях в России. Следует обратить внимание на то, что данный случай достаточно уникален, поскольку сочинение Киракоса Гандзакеци было
 
___________________________
 
1.  По мнению З.В.Кананчева речь может идти о «карабахизации» истории Кавказской Албании и переносе сегодняшних реалий на историю древнюю и средневековую. Подробнее см.: Кананчев З.В.Тимохин Д.М. Политизация истории Южного Кавказа античного и средневекового периода: подходы интерпретации истории Кавказской Албании (Албания, Агванк, Арран) // История: поле сражений. М., 2015. С. 175–192
2.      Подробнеесм.: Gippert J., Schulze W., Aleksidze Z., Mah J.-P. (eds). TheCaucasianAlbanianPalimpsestsofMtSinaiTurnhout, 2009. 2 vols.
 
+++ 64
 
издано под двумя различными названиями. Так, в 1946 году в Баку выходит перевод указанного памятника, сделанный Т.И. Тер-Григоряном, который носил название «История» [1]. Однако спустя тридцать лет, в 1976 году, в свет вышел новый перевод этого же источника, сделанный Л.А. Ханларяном, в котором не только не упоминалось издание Т.И. Тер-Григоряна, но и сам источник получил иное название — «История Армении» [2]. Дополнительную пикантность данной ситуации придает и тот факт, что в еще более раннем частичном переводе сочинения Киракоса Гандзакеци, сделанном К.П. Паткановым, данный памятник так же именуется «Историей» [3]. Не менее интересно отметить и то, что тираж одного издания, то есть перевода Т.И. Тер-Григоряна составляет менее 100 экземпляров, в то время как у Л.А. Ханларяна издание вышло тиражом 10000 экземпляров. Как следствие данного факта то, что большинство отечественных кавказоведов, часть из которых имеет информацию о наличии двух изданий данного памятника, просто не могут обратиться к переводу Т.И. Тер-Григоряна, который стал, по сути, библиографической редкостью. С нашей точки зрения, отсутствие в работе Л.А. Ханларяна ссылки на предшествующий перевод Киракоса Гандзакеци вместе с общим тиражом издания 1976 года выглядит попыткой замалчивания самого факта наличия труда Т.И. Тер-Григоряна. Весьма любопытно было бы разобраться в причинах того, почему вообще понадобилось новое издание перевода источника при наличии работы Т.И. Тер-Григоряна, зачем было замалчивать, как уже говорилось выше, издание 1946 годы? Можно сделать предположение, что сам факт появления нового перевода труда Киракоса Гандзакеци следует связать с исследованием З.М. Буниятова «Азербайджан в VII—IX веках» [4]. 
 
Фактически, защита диссертации по данной проблематике и первое издание монографии в 1965 году (при этом опять же тиражом всего 1000 экземпляров) положила начала той самой историографический дискуссии, о которой идет речь в данной статье. Не менее удивительно то, что второе издание монографии З.М. Буниятова «Азербайджан в VII—IX веках» большим тиражем произошло в 1973 году, а спустя три года — появился тот самый перевод труда Киракоса Гандзакеци, озаглавленный «История Армении»! Думается, что это издание в определенном смысле «ответ» или же просто очередное звено в историографической дискуссии, которая только набирала оборот. Удивительно и то, что главное разночтение в переводах труда Киракоса Гандзакеци 1946 и 1976 годов заключается именно в названии памятника, однако если внимательно смотреть комментарии к тексту, то у Т.И. Тер-Григоряна можно найти некоторые любопытные описания, отсутствующие в переводе Л.А. Ханларяна. «В списке католикосов, приведенных в конце III части "Истории Албан", указывается, что албанская церковь была основана в 74 году апостолом Егише; то же самое М. Каланкатуйским в VI гл. его “Истории”. Поэтому албаны оспаривали старшинство своей церкви перед армянской. Армяне же упорно защищали суверенитет своей церкви над албанской тем, что Егише являлся учеником Фад-
 
___________________________
 
1.      Гандзакеци К. История / Пер. с древнеарм. Т. И. Тер-Григоряна. Баку, 1946. 302 с.
2.      Гандзакеци К. История Армении / Пер. Л.А. Ханларян. М., 1976. 355 с.
3.      История монголов по армянским источникам. Выпуск второй, заключающий в себе извлечения из истории Киракоса Гандзакеци / Пер.: К. П. Патканов. СПб., 1874. 140 с.; Deux historiens armeniens Kiracos de Gantzac, XIII s., Histoire d’Armenie; Oukhtanes d’Ourha, X s., Histoire de troi parties / Trad. M.Brosset. Sanct-Peterbourg, 18701871. Vol. 1–2.
4.      Буниятов З.М. Азербайджан в VII — IX веках. Баку, 1989. 334 с.
 
+++ 65
 
дея, якобы, первого основателя армянской церкви. Отсюда и началась распря между армянским и албанским духовенством и притязания последнего на самостоятельность; а со стороны армянского духовенства — подчинить албанскую церковь своей власти» [1]. Интересно, в связи с чем Киракос Гандзакеци посвящает всю третью главу истории албан и Албанской церкви, если его труд, следуя логике Л.А. Ханларяна, посвящен истории Армении и Армянской церкви? По сути, в данной цитате Т.И. Тер-Григоряна мы видим информацию относительно истории Албанской Церкви и ее взаимоотношений с Церковью Армянской, однако ключевым моментом в данном комментарии следует признать последнюю фразу о желании Армянской Церкви подчинить Албанскую своей власти. Подобная точка идет вразрез с официальной позицией армянской историографии и исследователей, придерживающихся схожих взглядов: Церковь Кавказской Албании, будучи изначально автономной, хотя отдельные авторы указывают на ее изначальную подчиненность Армянской Церкви [2], утратила свою самостоятельность уже в VIII веке. Вслед за этим богослужение в этой Церкви перешло на армянский язык, что в итоге привело к утрате письменности и, следовательно, позднее этого времени писать на албанском просто никто не мог [3]. 
 
«Со временем в Церкви Кавказской Албании, изначально автономной, однако всегда близкой Армянской Апостольской Церкви, армянский компонент стал преобладающим. Когда в начале VIII в. Закавказье оказалось под властью арабского халифата, чьим покровительством пользовалась Армянская Церковь, Церковь Кавказской Албании окончательно утратила независимость, а ее католикосы стали рукополагаться армянским престолом. Богослужение в албанских церквях полностью перешло на армянский язык, использование неармянских богослужебных книг пресекалось. Книги на кавказско-албанском языке перестали переписываться, а сама письменность была забыта; созданные в V—VII вв. рукописи были уничтожены либо расшиты, текст с их страниц был смыт, чтобы писать на них заново уже на других языках» [4].Со своей стороны, Т.И. Тер-Григорян настаивает на том, что Армянская Церковь стремилась именно к подчинению Албанской Церкви из чего впрочем не следует того факта, что в VIII веке ей удалось добиться желаемого. В качестве примера иллюстрирующего подобную точку зрения можно привести цитату из самого труда Киракоса Гандзакеци, в которой автор повествует о событиях 1081 г. следующее. «Когда царь Кюрике, сын Давида, сына Дереника, из рода Багратуниев, построивших достославные монастыри h'Агбата и Санаhина, увидел, что тер Григорис оставил свой престол и ушел в Рим, он призвал к себе католикоса Албании тер h'Овсепа и повелел рукоположить в католикоса Армении
 
___________________________
 
1.      Гандзакеци К. История / Пер. с древнеарм. Т.И. Тер-Григоряна. Баку, 1946. С. 266.
2.      Подробнее см.: История древнего мира. Кн. 3. Упадок древних обществ / Ред.: И.М. Дьяконов, В.Д. Неронова, И.С. Свенцицкая. 2-е изд., испр. М., 1983. С. 201–220.
3.      Данное представление об албанской письменности как минимум спорно уже по той причине, что сами рукописи Синая датируются XI в., а кроме того есть сообщения о том об албанском алфавите в Киликии в XIII–XIV вв. Подробнееобэтом: Kananchev Z.V. Die albanische Schrift — zum Problem„Mesrop Maštoc‛“ // The Creation of the Caucasian alphabets as phenomen Cultural history. Referate desInternationalen Symposions (Wien, 14 Dezember 2005). Wien, 2011. S. 63.
4.      МайсакТ.А. К публикации Кавказско-албанских палимпсестов из Синайского монастыря // Вопросы языкознания. №6. 2010. С. 89. См. также: К освещению проблем истории и культуры Кавказской Албании и восточных провинций Армении / Сост. П.М. Мурадян. Ер., 1991. Т. 1. 520 с.
 
+++ 66
 
тер Барсега…» [1]. Странно, что в потерявшей самостоятельность Церкви существует католикос, но гораздо более странным выглядит тот факт, что именно он, то есть глава потерявшей самостоятельность Церкви, рукополагает католикоса Армянской Церкви, которой вроде бы должен быть подчинен. Из сказанного выше следует, что, согласно Киракосу Гандзакеци, Албанская Церковь еще в XI веке не утратила свою независимость, а, следовательно, и вся остальная логическая цепочка, включающая в себя утрату письменности, затем языка и собственной этнической идентичности, на которой настаивают указанные выше исследователи, лишена смысла и не соответствует историческим реалиям [2].
 
Таким образом, именно перевод Т.И. Тер-Григоряна наилучшим образом демонстрирует нам, о чем собственно спорили и продолжают спорить ученые применительно к труду Киракоса Гандзакеци: речь идет не только об оригинальном языке источника или этнической принадлежности его автора, но об истории Албанской Церкви и албанского этноса после VIII века. Одну точку зрения наилучшим образом иллюстрирует монография М. Абегяна [3], а вторую — труд азербайджанского историка Фариды Мамедовой [4]. В первом случае и авторство источника, и язык, на котором был написан сам памятник признается, безусловно, армянским [5], а следовательно перед нами армянский историк излагающий историю Армении, но никак не Албании, которая в религиозном и этническом смысле начиная с VIII века перестает существовать. Подобная точка зрения наибольшим образом распространена в российской историографии, причем она фигурирует как в работах посвященных непосредственно истории Южного Кавказа в эпоху монгольского нашествия, так и в трудах по смежной тематике [6]. Более того, в наиболее известных широкому кругу специалистов трудах по источниковедению истории Южного Кавказа эпохи монгольского завоевания и господства в этом регионе мы находим ровно такую же точку зрения: в частности, можно отметить здесь труда А.Г. Галстяна «История монголов по армянским источникам» [7]. Нельзя не отметить и того факта, что данный взгляд на проблему широчайшим образом представлен и в зарубежной историографии, где также признается армянское происхождение и текста, и автора [8].
 
___________________________
 
1.      Гандзакеци К. История / Пер. с древнеарм. Т.И. Тер-Григоряна. Баку, 1946. С. 55.
2.      Kananchev Z.V. Die albanische Schrift — zum Problem „Mesrop Maštoc‛“ // The Creation of the Caucasian alphabets as phenomen Cultural history. Referate des Internationalen Symposions (Wien, 14 Dezember 2005). Wien, 2011. S. 5765.
3.      Абегян М. История древнеармянской литературы. Ереван, 1948. Т.1. 524 с.; См. также: Бабаян Л.О. Очерки историографии истории Армении эпохи развитого феодализма (IX–XIII вв.). Ереван,1981. 392 с.
4.      Мамедова Ф. Кавказская Албания и албаны. Баку, 2005. 798 с.; Мамедова Ф. Политическая история и историческая география Кавказской Албании (III в. до н. э. — VIII в. н. э.). Баку, 1986. 280 с.
5.      Абегян М. История древнеармянской литературы. Т.1. С. 310–314.
6.      См.: Аветисян В. Монгольское нашествие на Армению (XIII в.) // Московский институт востоковедения. Труды. Сб. № 1. М., 1939. С. 125 –143.; Галстян А.Г. Завоевание Армении монгольскими войсками // Татаро-монголы в Азии и Европе. М., 1977. С. 166–186; Стратонитский К.А. Монгольское управление, покоренными Китаем и Арменией. М., 1913. 30 с.; Шагинян А.К. Армения, Азербайджан и Южный Кавказ в древности и средние века. СПб., 2012. 214 c.
7.   Армянские источники о монголах. Извлечение из рукописей XIII-XIV вв. / Пер. А.Г. Галстян.М., 1962. 155 с.
8.      La Porta S. Re-Constructing Armenia: Strategies of Co-Existence amongst Christians and Muslimsin the Thirteenth Century // Negotiating Co-Existense: Communties, Cultures and Convivencia in Byzantine Society. Trier, 2013. P. 251273.; Bayarsaikhan Dashdondog. The Mongols and the Armenians (12201335).Leiden, 2011. Р. 10-15.
 
+++ 67
 
Однако начиная с труда З.М. Буниятова [1], а вслед за ним и трудов Фариды Мамедовой можно встретить, пусть крайне редко упоминаемую в российских исследованиях, иную точку зрения на происхождение автора памятника и первоначальный язык написания текста, которая влечет за собой и пересмотр исторического пути албанского этноса и Албанской церкви после VIII века. В частности, после анализа самого источника Фарида Мамедова приходит к следующему, весьма любопытному выводу. «Как это наблюдение, так и выявленное нами «авторское отношение» к описываемым событиям наводят нас на мысль: труд Киракоса был подвергнут тщательной «редакторской обработке», явной уже с заголовка книги, когда «История» была заменена на «Историю Армении», и далее, когда Киракос [из-за «редактирования» — Ф.М.] с его авторским отношением к изложенным событиям представляется армянином, а албанский этнос становится родственным армянскому (?!). Ведь, как известно, эти этносы различны по происхождению и языку. Благодаря редакторской правке албанская страна и Албанская Церковь соответственно оказались подчиненными армянскому государству и Армянской Церкви» [2]
 
Обозначив, таким образом, свою позицию, Фарида Мамедова в своих трудах демонстрирует прямо противоположную точку зрения относительно сочинения Киракоса Гандзакеци, а, следовательно, и албанского этноса и Албанской церкви после VIII века, которая, однако, в большей степени распространена в рамках азербайджанской историографии и мало знакома отечественным исследователям. Безусловно, исследователи истории Южного Кавказа эпохи монгольского нашествия не всегда имеют возможность уделять большое внимание указанной историографической дискуссии, однако хотелось бы видеть в их трудах хотя бы знание о ее существовании. В противном случае мы сталкиваемся со слепым доверием не только тексту того или иного перевода упомянутого источника, но и с пробелами в области изучения существующей историографии. Подобного рода практика приводит к последующим проблемам при выстраивании истории Южного Кавказа в XIII – XIV веках: современные исследователи зачастую используют информацию из трудов лишь одного из указанных историографических направлений, не пытаясь критически подойти к тому, что в этих трудах содержится. Таким образом, мы видим постоянное дублирование одних и тех же «штампов», ошибок или как минимум дискуссионных высказываний в абсолютно разных работах по одной и той же тематике. В некоторых случаях, разумеется, современные исследователи значительно дополняют историографические поле и своими собственными заблуждениями и мало доказуемыми гипотезами, что еще более увеличивает количество дискуссионных вопросов в рамках историографии истории Южного Кавказа эпохи монгольского нашествия в целом. В качестве примера можно привести упомянутое выше исследование Д. Байарсайхан «Монголы и Армяне (1220 – 1335)», где автор в разделе источники представляет Киракоса Гандзакеци в качестве великого армянского историка, а его труд характеризует в качестве политической истории Армении [3]
 
Неудивительно, что в разделе историография автор вовсе не упоминает работ
 
___________________________
 
1.     Буниятов З.М. Государство Атабеков Азербайджана (1136 –1225). Баку, 1978. 271 с.; Обзор источников по истории Азербайджана / Ред. З.М. Буниятов. Баку, 1964. 36 с.
2.      Мамедова Ф. Кавказская Албания и албаны. С. 9697.
3.      Bayarsaikhan Dashdondog. The Mongols and the Armenians (12201335). Leiden, 2011. Р. 11.
 
+++ 68
 
З.М. Буниятова и Фариды Мамедовой, хотя, казалось бы, эти работы давно и хорошо известны зарубежным исследователям. Гораздо более удивительны те ошибки, которые допускает автор уже во введении к своему исследованию, и которые, как нам кажется, являются прямым следствием того, что историография проблемы была представлена в этой работе крайне выборочно. «Начиная с 11 главы и далее, Киракос Гандзакеци тщательно и подробно описывает Монголов, начиная с вторжения Монголов в земли Великой Армении, Грузии и также в Киликийскую Армению» [1]. Непонятно не только то, какое отношение имеет термин «Великая Армения» к политическим реалиям первой половины XIII века, но и то, в связи, с чем из государств Южного Кавказа периода монгольского вторжения указано лишь существование Грузии. Неужели автору ничего не известно о государстве Ширваншахов или державе атабеков Азербайджана, чьи владения также располагались на территории Южного Кавказа? Безусловно, Д. Байарсайхан может аппелировать к труду самого Киракоса Гандзакеци, особенно к переводу Ханларяна, где указывается на монгольское вторжение в Грузию и Армению, однако можно ли данное указание воспринимать на веру, безо всякой попытки критического осмысления? Разве источник сообщает нам о существовании в этот период государства «Армения» на Южном Кавказе, тем более, что такого государства в этот исторический период там просто не было, или же имеется в виду что-то иное? К сожалению, Д. Байарсайхан, как и многие другие современные исследователи предпочитают не пояснять эти, как может показаться мелочи, однако подобного рода ошибки являются лишь продолжением некритического подхода к тем или иным источников и выборочным использованием существующей историографии проблемы. В свою очередь, подобная дискуссия вокруг сочинения Киракоса Гандзакеци не только малоизвестно отечественным исследователям, но в ряде случаев ей и вовсе не придается значения. Однако не следует забывать того факта, что оставляя данный вопрос вне авторского внимания отечественные ученые, изучающие Южный Кавказ в эпоху монгольского нашествия, тем не менее находятся в затруднительном положении при структурировании корпуса источников по проблеме. 

В результате, специалист прямо или косвенно вынужден поддержать одну из сторон в этой дискуссии, что, зачастую, может быть даже не аргументировано сего стороны, поскольку ему известна лишь одна сторон данной историографической дискуссии. Здесь же можно отметить, что даже выбор варианта перевода источника, Т.И. Тер-Григоряна или Л.А. Ханларяна, уже ставит исследователя на одну из сторон в этой дискуссии. Со своей стороны, хотелось бы увидеть не только дополнительные исследования сочинения Киракоса Гандзакеци, но новые варианты перевода его труда на русский язык, сделанные с учетом всех сохранившихся вариантов текста и подробными комментариями. Кроме того, было бы крайне полезно подвергнуть новому переводу и критическому анализу такие исторические источники, как труды Моисея Каланкатуйского, Мхитара Гоша, Степаноса Орбели и ряд других. Надеемся, что в ближайшее время отечественные кавказоведы, албанисты и арменисты сделают решительные шаги в этом направлении. Не менее важно отметить и то, что ситуация вокруг одного лишь исторического сочинения, как это видно в случае с Киракосом Гандзакеци выводит нас к еще более сложной и не менее интересной дискуссии, которая связана
 
___________________________
 
1.      Bayarsaikhan Dashdondog. The Mongols and the Armenians (12201335). Leiden, 2011. Р. 11
 
+++ 69
 
с историей Албанской Церкви и албанского этноса после VIII века, с проблемой государственности Армении и Албании. Однако освещение данной историографической дискуссии выходит за рамки данного небольшого исследования, и мы постараемся вернуться к ней в последующих научных исследованиях.

 
Список источников и литературы
 
Абегян М. История древнеармянской литературы. Ереван, 1948. Т. 1. 524 с.
Аветисян В. Монгольское нашествие на Армению (XIII в.) // Московский институт востоковедения. Труды. Сб. № 1. М., 1939. С. 125 –143.Армянские источники о монголах.
Извлечение из рукописей XIII –XIV вв. / Пер. А.Г. Галстян.М., 1962. 155 с. Армянские источники о Средней Азии VIII –XVIII вв. / Пер. Л. Х. Тер-Мкртичян. М., 1985.190 с.
Бабаян Л.О. Очерки историографии истории Армении эпохи развитого феодализма (IX –XIII вв.). Ереван, 1981. 392 с.
Буниятов З.М. Азербайджан в VII — IX веках. Баку, 1989. 334 с.
Буниятов З.М. Государство Атабеков Азербайджана (1136 –1225). Баку, 1978. 271 с.
Галстян А.Г. Завоевание Армении монгольскими войсками // Татаро-монголы в Азии и Европе. М., 1977. С. 166 –186.
Гандзакеци К. История / Пер. с древнеарм. Т.И. Тер-Григоряна. Баку, 1946. 302 с.
Гандзакеци К. История Армении / Пер. Л.А. Ханларян. М., 1976. 355 с. История древнего мира. Кн. 3. Упадок древних обществ / Ред.: И.М. Дьяконов, В.Д. Неронова, И.С. Свенцицкая. М., 1983. 302 с. История монголов по армянским источникам. Выпуск второй, заключающий в себе извлечения из истории Киракоса Гандзакеци / Пер.: К.П. Патканов. СПб., 1874. 140с.
Кананчев З.В., Тимохин Д.М. Политизация истории Южного Кавказа античного и средневекового периода: подходы интерпретации истории Кавказской Албании (Албания, Агванк, Ар- ран) // История: поле сражений. М., 2015. С. 175–192.К освещению проблем истории и культуры Кавказской Албании и восточных провинций Армении / Сост. П.М. Мурадян. Ер., 1991. Т. 1. 520 с.
Майсак Т.А. К публикации Кавказско-албанских палимпсестов из Синайского монастыря // Вопросы языкознания. №6. 2010. С. 88–107.
Мамедова Ф. Кавказская Албания и албаны. Баку, 2005. 798 с.
Мамедова Ф. Политическая история и историческая география Кавказской Албании (III в. дон. э. – VIII в. н. э.). Баку, 1986. 280 с.Обзор источников по истории Азербайджана / Ред. З.М. Буниятов. Баку, 1964. 36 с.
Стратонитский К.А. Монгольское управление покоренными Китаем и Арменией. М., 1913. 30 с.
Тимохин Д.М. О некоторых особенностях развития отечественной историографии истории Южного Кавказа в первой половине XIII века // Transcaucasica. ЮЖНЫЙ КАВКАЗ И СОПРЕДЕЛЬНЫЕ РЕГИОНЫ: ИСТОЧНИКИ И ИСТОРИОГРАФИЯ. М., 2014. С. 75–91.
Тимохин Д.М. Первое вторжение хорезмийских войск на территорию Грузии в 1225 году в исторических источниках: [Электронный документ] // Научно-исследовательский центр «Южный Кавказ». М., 2013. Доступ свободный — http://transcaucasica.com/page/103
Тимохин Д.М. Соперник Чингиз-хана: хорезмшах Джалал ад-Дин Манкбурны, личность и эпоха. М., 2013. 268 с.
Тимохин Д.М. Хорезмийское государство Джалал ад-Дина Манкбурны и Южный Кавказ 1225–1231 гг. // Транскавказика. Южный Кавказ и сопредельные регионы в эпоху монгольского владычества XIII-XIV вв. М., 2013. С. 7–39.
Тимохин Д.М. Хорезмийское государство и Южный Кавказ: к вопросу о границах державы Джалал ад-Дина Манкбурны (1225–1231 гг.) // Средневековый Восток: проблемы историографии и источниковедения (Сборник статей памяти Героя Советского Союза, академика З.М. Буниятова). Баку, 2015. С. 317–346.
Тимохин Д.М. Хорезмшах Джалал ад-Дин Манкбурны и сопротивление монгольским завоевателям в 1219–1221 гг. // Orientalistica Iuvenile. Сборник научных статей молодых ученых Института востоковедения РАН. / Ред. В.М. Алпатов и др. М., 2012. С. 38–58.
Шагинян А.К. Армения, Азербайджан и Южный Кавказ в древности и средние века. СПб., 2012.214 c.
Bayarsaikhan Dashdondog. The Mongols and the Armenians (12201335). Leiden, 2011. 268 p.
Deux historiens armeniens Kiracos de Gantzac, XIII s., Histoire d’Armenie; Oukhtanes d’Ourha, X s.,Histoire de troi parties / Trad. M. Brosset. Sanct-Peterbourg, 18701871. Vol. 12.
Gippert J., Schulze W., Aleksidze Z., Mahé J.-P. (eds). The Caucasian Albanian Palimpsests of Mt.Sinai. Turnhout, 2009. 2 vols.
Kananchev Z.V. Die albanische Schrift — zum Problem „Mesrop Maštoc‛“// The Creation of the Caucasian alphabets as phenomen Cultural history. Referate des Internationalen Symposions (Wien,14 Dezember 2005). Wien, 2011. S. 5765.

La Porta S. Re-Constructing Armenia: Strategies of Co-Existence amongst Christians and Muslims inthe Thirteenth Century // Negotiating Co-Existense: Communties, Cultures and Convivencia in Byzantine Society. Trier, 2013. P. 251273.

 
Прочитано 264 раз


AZ

ENG

последние новости

Top 10 Самые Популярные Новости

Рейтинг@Mail.ru